seleste_RUSa (seleste_rusa) wrote,
seleste_RUSa
seleste_rusa

Categories:

Лунная эпопея. Часть II

Георгий Евгеньевич ФОМИН,
ветеран космонавтики России,
Почетный работник ГНПРКЦ «ЦСКБ-Прогресс»


Глава 9. Лунная программа С. П. Королева
Эта глава написана Г. Е. Фоминым в ноябре-декабре 2010 года

Лунная эпопея. Часть I: http://seleste-rusa.livejournal.com/703555.html



В 1958 году в ОКБ-52 приходит работать 24-летний молодой специалист, окончивший Московский энергетический институт, сын Первого секретаря ЦК КПСС Сергей Никитич Хрущев. С этого момента звезда, успехи, а одновременно и гениальность В. Н. Челомея резко полезли вверх. В 1958 году В. Н. Челомей становится членом-корреспондентом Академии наук, в 1959 – Генеральным конструктором и Героем Социалистического Труда, в 1962 – академиком, а в 1963 –дважды Героем. Все эти звания и награды В. Н. Челомей получил авансом. Первый спутник В. Н. Челомея «Полет-1» был запущен 1 ноября 1963 года, первая баллистическая ракета УР-100 и первая ракета-носитель «Протон» − в 1965 году. Для сравнения: М. К. Янгель, вооруживший страну ракетным щитом стал академиком только в 1966 году. С. П. Королев и М .К. Янгель ушли из жизни в должностях Главного (а не Генерального) конструктора. За очень короткое время звезду Героя и лавры Ленинской премии получает молодой доктор наук Сергей Никитич Хрущев. Сегодня он гражданин США, поклявшийся ей в верности на конституции с белоголовым орланом и звездно-полосатым флагом. «Се ля ви!» − как говорят французы.

Путь к успеху и роль С. П. Королева и В. Н. Челомея в истории создания ракетно-космической промышленности СССР и современной России принципиально (а может быть противоположно) различны. С. П. Королев создавал технику, сдавал на вооружение, передавал серийное производство на другие заводы и создавал там новые конструкторские коллективы, способные творчески развивать переданное им направление. Так родилась «империя С. П. Королева» с центрами удельных княжеств в Днепропетровске, Миассе, Красноярске, Куйбышеве (Самаре), Химках. Каждое из этих княжеств корнями уходит в ОКБ-1, к С. П. Королеву. Образно говоря, от могучего здорового дерева, ОКБ-1 С. П. Королева, шли побеги-отростки, которые сами стали плодоносящими деревьями.


В.Н.Челомею некогда было сажать и выращивать сад. Поэтому он (с помощью Н. С. Хрущева) захватывает уже готовые плодоносящие деревья, выращенные известными конструкторами В. М. Мясищевым (ОКБ-23 с заводом имени М. В. Хруничева), С. А. Лавочкиным (ОКБ-301), И. И. Тороповым (НИИ-642), А. Я. Березняком (Дубнинский машиностроительный завод). По квалификации, численности, производственным возможностям, экспериментальной базе присоединенные предприятия значительно превосходили показатели ОКБ-52. Кажется, Б. Е. Черток по этому поводу высказался, что к пуговице челомеевского ОКБ-52 пришили добротное пальто мясищевского ОКБ-23. При этом В. М. Мясищева из ОКБ-23 убрали.

В бывшем мясищевском ОКБ-23 и заводе имени М. В. Хруничева развертываются работы по созданию боевых ракет УР-200, УР-100 и ракеты тяжелого класса УР-500. Квалифицированный коллектив конструкторов-самолетостроителей справляется с задачей. Ракета УР-100 принимается на вооружение, а на базе ракеты УР-500 создается тяжелый носитель «Протон». Первый пуск ракеты «Протон» был произведен 16 июля 1965 года, еще при жизни С. П. Королева.

Я уверен, что С. П. Королев воспринял этот запуск, как удар по его самолюбию и его престижу. Почему я так думаю. Объясняю. Я помню, как летом 1963 года С. П. Королев вместе со своими заместителями С. О. Охапкиным, П. И. Мелешиным и главным конструктором Н. А. Пилюгиным прилетел в Куйбышев. Они возвращались с космодрома «Байконур» и сделали промежуточную посадку на заводском аэродроме.

После обеда собрались в кабинете Д. И. Козлова. С. П. Королев был удручен и мрачен. С горестью он делился о том, что дела по ракете Р-9 (8К75) идут не так, как нужно и как хотелось бы. Потом коснулся проблем вокруг темы Н1-Л3. Он сетовал, что Н. С. Хрущев распыляется, финансирование лунной программы мизерное, а В. Н. Челомею даются большие деньги на УР-500. «Но никакие «хуры-муры» не полетят – заметил С. П. Королев, – так как ракеты умеют делать только ракетчики». Про себя я удивился этим словам и подумал, неужели самолетостроители ОКБ В. Н. Мясищева не справятся с ракетой. И вот тяжелая ракета-носитель «Протон» родилась.

Амбиции В. Н. Челомея и С. Н. Хрущева простираются в область космонавтики, создаются автоматические искусственные спутники типа «Полет», но это пока не опасно для С. П. Королева. Настоящая опасность наступила тогда, когда В. Н. Челомею удалось вторгнуться в пилотируемую программу и приступить к разработке многоцелевых орбитальных станций «Алмаз». Теперь в руках у В. Н. Челомея тяжелый носитель и право на создание пилотируемых космических кораблей с массой, превышающей возможности королевско-козловской «семерки».

В работах по «Алмазам» основная роль отводится мясищевскому ОКБ-23 и заводу имени М. В. Хруничева. Сам В. Н. Мясищев с поста Генерального конструктора смещается и переходит на другую работу в ЦАГИ.

ОКБ-301 (С. А. Лавочкина) под крылом В. Н. Челомея прозябает, и только после освобождения из его пут, с приходом Г. Н. Бабакина и передачи в ОКБ работ по космической тематике С. П. Королева, оно вновь расцветает и приносит замечательные плоды.

НИИ-642 продолжает заниматься своим делом, но главного конструктора И.И.Торопова из института убирают. Я знал об И. И. Торопове с первого дня учебы в МАИ. 1 сентября 1950 года он прочитал нам, студентам-вооруженцам первого курса лекцию о нашей будущей специальности. В дальнейшем я знал, что И. И. Торопов разработал системы стрелкового вооружения (прицельные станции, подвижные пушечные установки, следящие системы, вычислително-преобразовательные комплексы) для бомбардировщиков Ту-16 и Ту-95. С системой самолета Ту-16 мне пришлось трудиться в цехе № 17 (ЛИС) завода № 1 («Прогресс») в 1956, 1957 и 1959 годах). Студенты нашего факультета проходили практику и делали дипломные проекты в КБ И. И. Торопова, когда он одним из первых освоил разработку и производство ракет воздушного базирования класса «воздух-воздух» и «воздух-земля». Прародитель НИИ-642 был образован в 1949 году и его первым главным конструктором, фактически основателем стал И. И. Торопов. Заслуги И.И.Торопова не забыты, его имя присвоено ГосМКБ «Вымпел», наследнику НИИ-642.

Дубнинский машиностроительный завод в основном продолжает изготовление березняковских изделий, но что-то челомеевское тоже приходит в Дубну.
К сказанному, что бы полнее обрисовать картину перед началом работ по лунной программе С. П. Королева, нужно напомнить, что ОКБ-1 к этому времени добровольно освободилось от всей космической тематики, кроме пилотируемой.
Космическая связь перешла к М. Ф. Решетневу в Красноярск, фоторазведка – в Куйбышев, к Д. И. Козлову, научный космос – в Химки, к Г. Н. Бабакину.

Такова была общая картина. Заместители и помощники С. П. Королева в ОКБ-1 не были довольны таким положением (по воспоминаниям Б. Е. Чертока), но решение С. П. Королева воспринимали, выполняли и надеялись на грандиозную творческую работу по покорению Луны и окололунного пространства человеком.

Почему я так много уделяю внимание ОКБ-1, личности С.П.Королева и лунной программе С.П.Королева в частности.

Этому есть несколько причин.

Во-первых, с 1958 года в течение 48 лет я в той или иной степени был непосредственно связан с тематикой ОКБ-1 (ЦКБЭМ, НПО «Энергия», РКК «Энергия» имении академика С. П. Королева). Я принимал участие в реализации многих ракетных и космических тем ОКБ-1, я не причастен только к твердотопливным ракетам РТ-1 и РТ-2 и космическим аппаратам телекоммуникационного назначения типа «Ямал» и дистанционного зондирования Земли БелКА. Но и за ходом работ по этим проектам я следил с неподдельным интересом и переживанием за успех своих самых близких в отрасли коллег.

Во-вторых, с 1960 по 1974 год я был работником ОКБ-1 (ЦКБЭМ), из них 10 лет я был заместителем Главного конструктора по проектным работам крупного структурного подразделения ОКБ-1 (ЦКБЭМ) – филиала № 3 ОКБ-1 (Куйбышевского филиала ЦКБЭМ).

В-третьих, влияние С. П. Королева на судьбу куйбышевского (самарского ракетно-космического комплекса столь велико, что не отдать этому должное было бы неправильно. Самолетостроительный завод № 1 работал с Главными (генеральными) конструкторами Д. П. Григоровичем, Н. Н. Поликарповым, А. И. Микояном, С. В. Ильюшиным, А. Н. Туполевым. Завод имел заслуженную славу лучшего в стране серийного завода-изготовителя надежной авиационной техники, а С. П. Королев не только перевернул тематику, но и придал заводу новое качество, как изготовителя серийной, так и опытной продукции. На территории завода создается творческий коллектив разработчиков в лице филиала ОКБ-1. Последующее объединение двух коллективов – производственного и конструкторского − обеспечило создание самодостаточного научно-производственного центра, способного решать крупные современные задачи ракетного и космического машиностроения от задумки до сдачи продукции под ключ на мировом уровне функционального качества и эксплуатационной надежности. Поясню: функциональное качество – это высокие характеристики решения поставленных задач, востребованность созданной техники, а эксплуатационная надежность – это вероятность безаварийного исхода выполнения конкретной миссии.

Лунная программа С. П. Королева включала в себя две крупных составляющих и три различных технических способа осуществления этой программы. В процессе поиска были и другие варианты, но я, главным образом, коснусь именно этих двух составляющих, поскольку они были приняты к реализации.

Первая составляющая или направление заключалось в облете Луны космическим кораблем с экипажем космонавтов из 2-3 человек. Космонавты должны были визуально наблюдать звездное пространство и поверхность Луны, вести ручную и автоматическую фото и фототелевизионную съемку, исследование природы космического пространства по трассе «Земля-Луна» и обратно, медико-биологические исследования собственного организма. Я думаю, что серьезных научных задач в этой миссии не было, а хозяйственных и подавно не было совсем. Наверное, С. П. Королев, М. В. Келдыш и большинство участников понимали низкую научную ценность такого полета, и ими двигали скорее амбиции, эмоции, вызванные пресловутым бессмысленным соревнованием с американцами, чем здравый смысл. В планах полета человека к Луне и на Луну формально соревновались научные школы, а фактически американцы противопоставили Советскому Союзу свою экономическую мощь, которая в результате благоприятных условий США в годы Второй мировой войны значительно возросла и безусловно превосходила советскую экономическую мощь.

Облет предполагалось осуществить двумя способами.

Первый способ: несколькими запусками ракетой-носителем среднего класса разработки С. П. Королева – Д. И. Козлова на базе ракеты Р-7А собрать на околоземной низкой орбите ракетно-космический лунный комплекс. В состав этого комплекса должны были входить пилотируемый космический корабль ( он получил индекс 7К) с экипажем из двух человек, ракетный разгонный блок 9К и танкеры-заправщики 11К. Порядок запуска и сборки лунного поезда на орбите был таким.

Первым выводился ракетный разгонный блок 9К в незаправленном состоянии, после тестировании блока 9К выводились танкеры-заправщики 11К с запасом окислителя и горючего для ракетного блока 9К. Если стыковка ракетных разгонных блоков 9К с танкерами-заправщиками 11К прошла нормально, то последним выводился пилотируемый корабль 7К с экипажем на борту. Поезд собран и проверен, теперь по командам с Земли ракетный разгонный блок переводил сборку на траекторию полета к Луне, в окрестностях Луны делал маневр для облета Луны, экипаж выполнял научные задания, еще маневр и космический корабль устремлялся к Земле. Около Земли выдавался тормозной импульс двигательной установкой корабля, корабль входил в плотные слои атмосферы, спускаемый аппарат отделялся и мягко приземлялся с помощью парашютно-реактивной системы. Схема сложная, требовала несколько запусков, осуществимость и надежность такой схемы вызывала сомнения. Тем не менее работы по составным частям были развернуты и начали вестись в ОКБ-1 масштабно. Филиал № 3 при этом разрабатывал новую модификацию трехступенчатого носителя повышенной по сравнению с носителем 11А57 (РН «Восход») грузоподъемностью, о чем я буду рассказывать в следующей главе.

В. Н. Челомей вышел с предложением и приступил к проработкам альтернативного варианта облета Луны с использованием тяжелой ракеты «Протон». Это должна быть однопусковая схема, но у В. Н. Челомея не было собственного разгонного блока, и работы по проектированию лунного пилотируемого корабля вызывали опасения. Но сама идея однопусковой схемы выглядела более привлекательной, более реалистичной, хотя ни одна из составных частей для осуществления миссии – ни ракета-носитель, ни разгонный блок, ни сам корабль – еще были в крайне низкой степени готовности. И тот и другой вариант обладали большой степенью риска. С. П. Королев, по-видимому, понимал сложившуюся ситуацию, понимал благосклонное отношение Н. С. Хрущева к В. Н. Челомею и холодок, которым потянуло в сторону самого С. П. Королева и пошел на компромисс. Работы по поезду «7К-9К-11К» он в ОКБ-1 прекратил и вступил в альянс с В. Н. Челомеем. Из триады «7К-9К-11К» выжил только 7К. Назначение его изменилось, он получил наименование 7К-ОК и стал базовым для долгоживущей серии околоземных пилотируемых кораблей семейства «Союз». Об участии филиала № 3 ОКБ-1, ЦСКБ и Центра «ЦСКБ-Прогресс» во всех многочисленных и разнообразных космических миссиях с участием кораблей «Союз» я расскажу в следующих главах. Здесь только замечу, что ни одна из этих миссий не обошлась без участия куйбышевцев (самарцев) − ракетостроителей и моторостроителей.

Продолжение: Лунная эпопея. Часть III: http://seleste-rusa.livejournal.com/708554.html
Tags: КуАИ-СГАУ, Н1-Л3, РКК Энергия, Роскосмос, СГАУ, Фомин Г. Е., ЦНИИМаш, ЦСКБ, ЦСКБ-Прогресс, история, космонавтика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments