Previous Entry Share Next Entry
Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея. Часть V
Аватар с фотиком
seleste_rusa
Георгий Евгеньевич ФОМИН,
ветеран космонавтики России,
Почетный работник ГНПРКЦ «ЦСКБ-Прогресс»


Глава 10. Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея

Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея. Часть I: http://seleste-rusa.livejournal.com/715853.html
Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея. Часть II: http://seleste-rusa.livejournal.com/718978.html
Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея. Часть III: http://seleste-rusa.livejournal.com/721952.html
Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея. Часть IV: http://seleste-rusa.livejournal.com/724734.html



Таким образом, «Лунная эпопея» С.П.Королева в Куйбышеве охватывала два самых крупных направления темы – изготовление трехступенчатой ракеты-носителя Н-1 в целом и создание от разработки до поставки заводу «Прогресс» жидкостных ракетных двигателей трех наименований для всех трех ступеней ракеты. Комплект двигателей состоял из 42 двигателей. На блоке первой ступени, блоке А устанавливалось 30 двигателей типа НК-33, каждый тягой по 154 тонны на уровне моря и 170 тонн в пустоте. На блоке второй ступени, блоке Б – 8 двигателей типа НК-43 с тягой каждого 179 тонн в пустоте, и на третьей ступени, блоке В было 4 двигателя НК-39 с тягой каждого 41,5 тонны. Все двигатели были построены по высокоэффективной схеме замкнутого цикла, что, по-простому, означает сгорание всего топлива (окислителя и горючего) в камере сгорания для создания тяги без выброса некоторой части рабочего тела после раскрутки турбины ТНА двигателя и потери из-за этого удельной тяги на несколько единиц. Давление в камерах сгорания достигало 150 атмосфер (кгс/см2), а удельная тяга до 297 единиц на уровне моря и 346 единиц в пустоте. Для сравнения давление в камерах сгорания двигателей РД-107 боковых блоков ракеты-носителя семейства «Союз» примерно 60 атмосфер, удельная тяга на уровне моря/в пустоте – 257/315 единиц, а удельная тяга двигателей первой ступени РД-253 ракеты-носителя «Протон» на уровне моря/в пустоте – 285/316 единиц при сопоставимом с двигателями НК давлении в камерах сгорания 148-168 атмосфер.


Вспомним, что в Куйбышеве в Филиале № 3 ОКБ-1 и заводе «Прогресс» от нуля создавался разгонный блок «Г», а в ОКБ-276 (ОКБ Н.Д.Кузнецова) и на заводе № 24 – двигатель НК-31 для этого блока.

Общее административное руководство работами по реализации этой эпохальной темы осуществлял Куйбышевский (потом объединенный укрупненный Средневолжский) Совнархоз, в ведении которого были все заводы Куйбышева и Сызрани и два Союзных Госкомитета – по оборонной технике (ГКОТ) и по авиационной технике (ГКАТ). В ведении ГКОТ было ОКБ-1, соответственно и Филиал № 3 ОКБ-1, а в ведении ГКАТ – ОКБ Николая Дмитриевича Кузнецова.

Надо сказать, что единодушное ревностное и ответственное отношение к работам, настоящая забота о предприятиях, участвовавших в изготовлении ракеты Н-1 и создании двигателей для нее было у работников Совнархоза, и особенно у В.Я.Литвинова, Л.Е.Беньковича, М.К.Голубева, М.Ф.Бессерёжнова, М.Н.Безмозгого и других руководителей и рядовых исполнителей аппарата Совнархоза. Скрытой, а иногда и открытой прохладой веяло от работников ГКОТ и ГКАТ. Думаю, что для этого были две причины. Первая – неверие в успех дела, что, по-видимому, в целях личной и корпоративной безопасности за грядущие последствия заставляло сотрудников Госкомитетов дистанцироваться и не проявлять лишнюю активность и принятие решений, которые при неблагоприятном исходе можно истолковать не в пользу их принявших. Вторая причина – обычное ведомственное недовольство тем, что С.П.Королев выбрал в качестве главного двигателиста для ракеты Н.Д.Кузнецова. ГКАТ считал (вероятно), что Н.Д.Кузнецов занялся не своим делом, в ущерб авиационной тематике, и, конечно, работникам ГКАТ не хотелось отвечать за деятельность Н.Д.Кузнецова не в своем поле. ГКОТ только под давлением сверху согласился с выбором С.П.Королева, и тоже дистанцировался от возможных неприятностей. В этом отношении в Совнархозе царила жилка исполнительская, в то время, как в Госкомитетах присутствовала жилка политическая (политиканская).

Российский Совнархоз активно искал пути сосредоточения в Средневолжском Совнархозе изготовления не только ракеты и двигателей для нее, но и системы управления и радиотехнической телеметрической системы. Была создана большая комиссия во главе с заместителем председателя Российского Совнархоза, в которой я тоже принимал участие. В составе комиссии я объехал приборостроительные заводы, радиозаводы Казани, Уфы, Куйбышева и даже Чистопольский часовой завод. Нас принимали первые секретари обкомов партии, председатели Президиумов верховных Советов Татарии и Башкирии, Председатель облисполкома Куйбышевской области. Везде было взаимопонимание и желание работать, но вскоре Н.С.Хрущев был отстранен от всех высоких должностей, началась реорганизация управления промышленностью, Совнархозы и Госкомитеты ликвидировались, образовывались отраслевые министерства. Управление стало совершенно другим, началась новая жизнь. Сказать, что она стала хуже – нельзя, более того управление НИИ, КБ, заводами, входящими в одну отрасль стало значительно оперативнее и эффективнее, но межотраслевая разобщенность увеличилась.

Ракетные, космические дела, включая сами ракеты, космические аппараты, двигатели, системы управления, гироскопические приборы системы управления, радиотехнические системы телеизмерений, командно-программные радиолинии, технические и стартовые комплексы, наземные комплексы управления и многое другое, относящееся к разработке и изготовлению боевых ракет, ракет-носителей, космических аппаратов и их составных частей сосредотачивалось во вновь образованном Министерстве общего машиностроения. В ведение Министерства отошли НИИ и ОКБ из бывших ГКОТ, ГКАТ, ГК по радиоэлектронике, ГК по судостроению, заводы-изготовители – из многих Совнархозов страны. Министром был назначен Сергей Александрович Афанасьев, имевший за плечами путь от конструктора, директора оборонного завода до Председателя Ленинградского, а потом Российского Совнархоза. В.Я.Литвинов был назначен заместителем Министра, ему было поручено общее руководство созданием ракетно-космического комплекса «Н1-Л3».

ОКБ-1, Филиал № 3 ОКБ-1, завод «Прогресс» были в системе Мини-стерства общего машиностроения.

ОКБ Н.Д.Кузнецова и завод № 24 – в системе Министерства авиацион-ной промышленности.

ОКБ В.П.Глушко – патриарха отечественного ракетного двигателе-строения из ГКАТ передавалось в Минобщемаш, что увеличило напряженность во взаимоотношениях с Минавиапромом.

Такова была общая ситуация по теме «Н1-Л3» в этот период (в 1964-1965 годах). Это было начало, но уже достаточно бурное.

К 1964-1965 годам на заводе «Прогресс» был построен новый высотный производственный корпус, который хорошо виден с улицы Литвинова и который выглядит, как экран громадного телевизора. В этом корпусе расположился главный сборочный цех блоков «А» и «Б» ракеты «Н-1». Здесь блоки предварительно собирались, потом разбирались, узлы, детали, крупногабаритные конструктивные элементы упаковывались в тару и отправлялись на Байконур для окончательной сборки. На Куйбышевском авиационном заводе были созданы участки изготовления крупногабаритных клепаных конструкций блоков «А», «Б», «В» ракеты и участок предварительной сборки блока «В». Все было организовано для производства лепестков для баков на заводе «Металлург», магистральных трубопроводов на Сталелитейном заводе, конструкций стартового сооружения на Сызранском «Тяжмаше», теплозащитных материалов – на Сызранском заводе «Пластмасс». На Байконуре был построен новый просторный монтажно-испытательный корпус (МИК) специально для ракетно-космического комплекса «Н1-Л3», полным ходом шло строительство уникального стартового комплекса и другой инфраструктуры в обеспечение подготовки к запуску и запуска комплекса. Были сформированы и приступили к работе Филиал завода «Прогресс» и Конструкторское бюро Филиала № 3 ОКБ-1. На Байконуре к этому времени были созданы и функционировали на разных уровнях организации подразделения ОКБ-1 и завода № 88, Куйбышевского авиационного завода и многих других предприятий – участников работ по теме «Н1-Л3».

На комплексе моторостроительных предприятий во главе с разработчиком двигателей – ОКБ-276 и головным изготовителем двигателей – заводом № 24 полным ходом шли работы, с трудностями и успехами, с промахами и победами.

Я, и отделы моего проектно-теоретического куста работали по двум основным направлениям темы «Н1-Л3» - по ракете Н-1 в части курирования проектной документации и по разгонному блоку «Г» - в части разработки проектной документации.

В частности, основной объем работ по ракете заключался в поиске проектных решений по облегчению конструкции блоков с целью увеличения массы полезного груза, выводимого ракетой-носителем на опорную орбиту. Это была трудная работа, вызывавшая «ожесточенное» сопротивление со стороны конструкторов, технологов, материаловедов и производственников. Ведь каждое предложение проектантов требовало внедрения изменений в документацию и доработку материальной части, иногда с выбросом «на свалку» готовых изготовленных деталей. Много труда на эти работы положили В.С.Савинов, В.С.Филиппович, А.С.Нагорнов, Момсенко, В.Н.Новиков, Е.И.Горбачев, Г.К.Глущенко и другие проектанты отдела № 3.

Нагрузчикам нашего Филиала, которые трудились в моем кусте, Москва (головное ОКБ-1) поручила провести полный цикл работ по расчету нагрузок и проверке динамических характеристик всех установок (монтажей) приборов, трубопроводов, двигателей с внедрением мероприятий по обеспечению их прочности. Высокий уровень профессионализма здесь показал начальник отдела нагрузок Анатолий Александрович Козлов и его специалисты.

Продолжение: Лунная программа С. П. Королева: Куйбышевская эпопея. Часть VI: http://seleste-rusa.livejournal.com/735176.html

?

Log in

No account? Create an account